Жильё для статусных беженцев в 2023 году: почему муниципалитеты не выполняют план

В августе 2023 года нидерландские муниципалитеты оказались под двойным давлением. Они должны были находить места для украинских перемещённых лиц и одновременно предоставлять жильё статусным беженцам, которые уже прошли процедуру убежища и получили положительное решение. Светлана Кошек разбирает данные за первое полугодие 2023 года и показывает, почему отставание от плана стало проблемой не только для отдельных людей, но и для всей системы приёма беженцев.

Материал отражает содержание эфира от 6 августа 2023 года и описывает планы, показатели и оценки, актуальные на эту дату.

Кто такие статусные беженцы и почему им нужно жильё

Пока человек проходит процедуру убежища, его размещением занимается организация COA. После положительного решения ответственность переходит к муниципалитету. Человек уже имеет право на проживание в стране, но не может покинуть центр приёма, пока для него не найдут жильё.

Из-за этого возникает цепная реакция. Статусные беженцы занимают места в центрах, хотя их процедура уже завершена. Новые заявители продолжают прибывать, но свободных мест для них становится всё меньше. На дату эфира около 15 700 человек с положительным решением ещё не могли выехать из центров приёма. Одновременно, по приведённым в эфире данным, каждую неделю прибывало около тысячи новых людей.

Муниципалитеты должны были расселить около 21 тысячи статусных беженцев в первой половине 2023 года, но общий план не выполнили. На второе полугодие определили ещё примерно 32 тысячи мест. К новой задаче добавлялось невыполненное за предыдущий период, поэтому для многих муниципалитетов план становился почти недостижимым.

Карта показала неравномерное отставание

В публикации, которую разбирает Светлана, данные перенесли на интерактивную карту. Тёмно-зелёным обозначили муниципалитеты, выполнившие или перевыполнившие задачу, светло-зелёным - приблизившиеся к 75 процентам, жёлтым - примерно к половине, а красным - не достигшие даже половины цели.

Пример Утрехта показывал масштаб проблемы в большом городе. В первой половине года жильё получили 172 статусных беженца из 318 запланированных. Невыполненная часть, 146 человек, не исчезала: её нужно было добавить к значительно большей задаче на следующие шесть месяцев.

Это важное уточнение к самим процентам. Даже муниципалитет, разместивший много людей, мог оставаться далеко от цели. А выполнение предыдущего плана не гарантировало, что муниципалитет справится со следующим, если новая задача существенно увеличивалась.

Положение различалось в зависимости от размера муниципалитета и доступных возможностей. Один небольшой муниципалитет смог разместить около 45 человек благодаря обанкротившейся гостинице. Но после этого его цель почти удвоили, а второго подобного объекта уже не было. Другой муниципалитет построил 60 гибких жилых единиц: половину передали украинцам, остальные - статусным беженцам. Благодаря этому там оставалось разместить лишь несколько человек, и местные власти считали новый план реалистичным.

Почему социального жилья недостаточно

Главное препятствие заключалось не в отсутствии желания выполнить задачу, а в общем дефиците жилья. Если муниципалитет отдаёт больше социальных квартир статусным беженцам, этих квартир дольше ждут местные жители, которые годами стоят в очереди. Это усиливает недовольство и создаёт риск конфликта между группами, фактически конкурирующими за один и тот же ограниченный ресурс.

Утрехт на некоторое время фактически сосредоточил освобождавшееся социальное жильё на статусных беженцах. Однако даже такой шаг не позволил выполнить план. Из-за критики и опасений новой напряжённости город не хотел повторно замораживать распределение жилья среди остальных претендентов.

Муниципалитеты просили упростить процедуры, искать нестандартные решения и обеспечить больше поддержки на общегосударственном уровне. Однако переоборудование зданий и строительство модульного жилья требуют времени. Даже если помещение формально существует, оно может нуждаться в серьёзном ремонте, согласованиях и изменении назначения.

Показательной стала инициатива протестантской церкви, призвавшей церкви, общественные организации и другие учреждения передавать пустующие школы, офисы и здания для проживания. Организаторы рассчитывали на тысячи мест, но на дату эфира нашли 25 локаций примерно для 200 человек. Процесс шёл значительно медленнее ожидаемого из-за бюрократических препятствий и состояния самих помещений.

Как задержка блокирует систему приёма

COA настаивала, чтобы муниципалитеты быстрее расселяли людей с положительным решением. Для центров приёма это было критически важно: каждое неосвобождённое место означало, что нового заявителя негде поселить. Переполнение одного уровня системы автоматически создавало кризис на другом.

Строительство гибкого жилья, переоборудование офисов, школ или гостиниц и использование других временных объектов частично помогали. Однако люди прибывали быстрее, чем появлялись пригодные места. Поэтому отдельные удачные проекты не решали общую проблему.

Светлана связывает эту ситуацию и с более широким политическим кризисом того периода. Правила распределения ответственности между муниципалитетами оставались предметом споров, а правительство не смогло предложить решение, которое быстро изменило бы положение. Поэтому местные власти получали всё более высокие цели, не располагая достаточным количеством жилья и быстрыми инструментами для его создания.

Что это означало для украинцев

Украинские перемещённые лица и статусные беженцы находились в разных правовых системах, но муниципалитеты должны были искать жильё для обеих групп. Кроме того, им приходилось учитывать потребности собственных жителей. На фоне дефицита любое приоритетное размещение одной группы становилось чувствительной темой для остальных.

Светлана предостерегала украинцев от ожидания, что возможность получить социальное жильё вне общей очереди обязательно сохранится после завершения временной защиты. Это была её оценка ситуации в августе 2023 года, а не сообщение об уже принятом правиле. Она предполагала, что из-за дефицита жилья и общественной напряжённости такой приоритет могут отменить.

Проблема касалась не только беженцев. Жильё было трудно найти студентам, пожилым людям и другим жителям страны. Университеты уже осторожнее относились к набору иностранных студентов, поскольку те часто не могли найти даже комнату. В таких условиях нехватка жилья неизбежно влияла и на отношение к вновь прибывшим.

Практический вывод: украинцам, планировавшим остаться в Нидерландах, стоило заранее думать о переходе к самообеспечению, а не строить долгосрочные планы только вокруг муниципального размещения. При этом Светлана подчёркивала, что на дату эфира специальная программа продолжала действовать, а муниципалитеты и дальше создавали новые места именно для украинцев.

Временные места и жильё на несколько лет

В конце эфира Светлана приводит несколько примеров новых проектов для украинских перемещённых лиц. Среди них были парк отдыха примерно на 300 мест, самостоятельные жилые единицы возле Харлема, переоборудование небольшой школы, переселение около 200 жителей из объекта, который должны были снести, и приобретённый кемпинг примерно для 170 человек.

В части проектов люди должны были получить отдельные домики или помещения с собственной кухней и туалетом. Другие оставались ближе к формату общежития. Отдельные гостиницы также планировали использовать для групп из нескольких десятков человек после окончания туристического сезона.

Во многих сообщениях о более длительном размещении повторялся срок около трёх лет. Это показывало, что страна готовилась не только к короткой чрезвычайной ситуации, но и к более продолжительному пребыванию украинцев. При этом параллельно приходилось искать любые временные места, поскольку на дату эфира краткосрочное размещение было заполнено примерно на 98 процентов.

Новые локации давали людям больше стабильности, но не устраняли основного ограничения: жильё одновременно требовалось нескольким большим группам, а создавалось оно медленнее, чем рос спрос. Поэтому положительные новости об отдельных проектах следовало воспринимать как частичное облегчение, а не как завершение жилищного кризиса.

Ситуация летом 2023 года показывала, насколько взаимосвязаны все уровни системы приёма. Если муниципалитет не находит жильё человеку с уже предоставленным статусом, тот не может покинуть центр, а центр не может принять нового заявителя. Для украинцев в это время продолжали открывать новые локации, однако долгосрочная безопасность всё больше зависела от способности перейти от временного размещения к самостоятельной жизни.